Семейный диалог о будущем

Елена Яковлева, руководитель образовательнйо программы для преемников в СКОЛКОВО, – о том, где и почему учатся дети российских миллионеров.

Тему образования и выбора будущего для детей владельцев российских частных капиталов многие воспринимают с иронией. Считается, что деньги решают все проблемы, в том числе и те, которые касаются личностного и профессионального самоопределения детей и подростков, ведь им доступны лучшие учебные заведения в любой стране мира, лучшие тьюторы и консультанты. От внимания ускользает обратная сторона: дети состоятельных и успешных родителей проходят все те же этапы взросления, осознания себя и принятия решений, что и большинство детей, а на выходе в дополнение ко всему получают груз ответственности за семейное благосостояние, репутацию и постоянное сравнение собственных достижений с успехами родителей. И на каждый поступок навешивается ярлык фамилии.

Российским школьникам раньше, чем их «коллегам» в Европе или Америке приходится выбирать вуз, а следовательно и сравнительно узкую специализацию. Если поступают в высшее учебное заведение примерно в 16 лет, то выбрать предметы для подготовки к ЕГЭ надо на год-два раньше. Готов ли подросток в таком возрасте самостоятельно и осознанно выбирать свое будущее? Какими соображениями они руководствуются, примеряя на себя различные профессиональные роли? Могут ли они обосновать свой выбор и открыто поговорить об этом с родителями – волевыми, состоявшимися предпринимателями и управленцами, привыкшими ежедневно принимать десятки решений, в том числе и за своих близких?

Чтобы получить объемную картинку, мы пообщались с обеими заинтересованными сторонами семейного диалога о будущем – с владельцами частных капиталов и с представителями второго поколения.

Как оказалось, в целом родители предоставляют детям достаточно свободы и оказывают поддержку при принятии решений о выборе вуза, особенно если ценность базового фундаментального образования разделяется младшими членами семьи, либо ребенок достаточно компетентен для того, чтобы вести с родителями конструктивный диалог, а зачастую – в споре отстоять свое мнение. Ведь далеко не каждый взрослый способен выдержать разговор в конструктивном русле, если дело дошло до конфронтации с сильным и успешным человеком. Если же ребенок оказался неспособен аргументировано отстоять свою точку зрения или продемонстрировать на практике, что способен нести ответственность за собственные слова и действия, включая собственную успеваемость в учебном заведении, то решение о выборе или смене последнего де-факто принимают родители.

Несмотря на то, что общая картина семейного выбора кажется довольно оптимистичной, важно понять, из каких элементов она складывается. Что именно мотивирует детей и каковы фундаментальные представления родителей?

Родители: система координат

Первое, к чему стремятся родители, размышляя о будущем для своих детей, – дать им то, чего не было у них самих – возможность путешествовать, получить образование за рубежом, построить сеть контактов по всему миру. Одновременно,  родители отдают предпочтение такому образованию, карьерному пути для своих детей, которое сами считают важным и значимым.

В вопросах выбора вуза для ребенка среди российских состоятельных родителей преобладает позиция «хорошее фундаментальное образование прежде, и любое увлечение – далее». Родители, как и их дети, впрочем, отдают себе отчет в том, что престижный вуз – это, прежде всего, определенная среда общения, люди из одного круга. Однако, если 10 лет назад многие семьи отправляли детей на обучение за границу, часто исходя из соображений физической безопасности, то сейчас все большее число родителей задумываются о сохранении культурной, эмоциональной и ценностной близости с собственными детьми. По результатам исследований Центра, подавляющее большинство представителей второго поколения владельцев капиталов (65%) получали высшее образование либо только в России, либо как в России, так и за рубежом. Самые популярные вузы России, конечно, московские: МГУ, МГИМО, Высшая школа экономики. При этом явный приоритет (67%) отдается «общим» специальностям: финансам и экономике. Из оставшейся части респондентов примерно у трети дети учатся и постоянно проживают только за границей, а остальные – в России.

Мне известен пример молодого человека, который по настойчивому предложению родителей достаточно рано отправился учиться в Великобританию. По его словам, первый год обучения дался ему с огромным трудом. Если бы он не смог познакомиться с местным русским сообществом, по его словам, вернулся бы в Россию невзирая на мнение родителей. Он был старшим ребенком в семье и в результате переезда в Лондон оказался эмоционально отрезанным от школьных друзей, семьи, младших брата и сестры. Находясь под родительской опекой в возрасте, в котором подростки из менее обеспеченных семей уже, как правило, обретают самостоятельность и имеют опыт собственных проб и ошибок, молодой человек очень сложно воспринял смену образа жизни и отсутствие родительского внимания и опеки.

Как выбирают сами дети  

Со стороны представителей второго поколения выбор вуза может быть обусловлен как стремлением попасть в определенную среду (или личными увлечениями), так и конкретными карьерными амбициями. Как показывают опросы и наш опыт, преемники практически не берут в расчет потребности бизнеса своих родителей. Нам известны единичные примеры, когда выбор вуза для потенциального преемника был предопределен направленностью семейного бизнеса родителей.

Примечательно, что наши опросы демонстрируют амбициозно-идеалистическое представление второго поколения о собственном карьерном пути. Несмотря на то, что лишь треть опрошенных Центром представителей второго поколения семей владельцев капиталов заявляет о готовности начать собственный бизнес, наибольшей популярностью среди всех возрастных групп респондентов, как со стороны родителей, так и детей, пользуются специальности «экономика» и «менеджмент». Подавляющее большинство респондентов хотели бы обрести к 30-ти годам финансовую независимость от родителей и создать семью (или, по крайне мере, перейти к ее планированию), при этом к 25-ти годам они, как правило, только заканчивают обучение (включая получение магистерских или кандидатских степеней). К 45-ти годам представители молодого поколения российских предпринимательских семей в большинстве своем планируют отойти от активного занятия бизнесом и перераспределить время в пользу отдыха, развлечений и занятий любимым хобби. Стоит обратить внимание, что в цитируемом опросе приняли участие респонденты в возрасте от 21 до 37 лет, из которых одна треть опрошенных девушки, а остальные – юноши.

Конечно, исключения есть: во время модуля образовательной программы для преемников в Лондоне участники программы участвовали в круглом столе  с представительницей третьего поколения американской предпринимательской семьи. Умная, яркая, привлекательная, она получила прекрасное образование в элитных учебных заведениях США и впервые в 24 года одна прилетела в Лондон стажироваться в очень известную британскую газету. Вот как она процитировала свой эмоциональный разговор с отцом после переезда и, примерно, трех недель работы «без прикрытия»: «Всего три недели, а я узнала, попробовала и сделала [сама] больше, чем за несколько последних лет обучения. Просто право действовать самой и возможность совершить ошибку – и реальный мир научил бы меня большему, чем мои педагоги и престижные учебные заведения».

Молчание о будущем семейного благосостояния

После окончания университета за рубежом выпускники неизбежно сталкиваются с необходимостью сделать следующий шаг и принять множество решений: оставаться в стране или уезжать? Если оставаться, то на каких основаниях, ведь студенческая виза не дает права на работу. Но даже если проблемы с документами решены, то чем заниматься, как себя реализовать? А если возвращаться в Россию и пытаться найти точки соприкосновения с родителями в любой из форм семейного бизнеса, то как они могут встроиться в уже существующую систему? Нужно иметь очень детальное представление о том, в каком контексте живут родители, что, если человек 3-4 года прожил вдали от семьи, очень сложно. Момент принятия решения относительно траектории своего движения после вуза является для многих из них довольно болезненным.

Что касается взглядов родителей, то при выборе конкретной занятости для детей после вуза большинство из них говорят: «пусть мой ребенок занимается тем, чем ему хочется, лишь бы он был счастлив». Российские владельцы капиталов надеются, но не рассчитывают, что дети смогут стать поддержкой и опорой в управлении бизнесами или благосостоянием, принадлежащим семье, при том, что согласно результатов исследований Центра 84% планируют, что члены семьи и дети унаследуют полностью или большую часть. По инерции прошлого десятилетия и под влиянием турбулентности среды они, в основном, продолжают оберегать семью и детей от вовлечения в вопросы бизнеса.

Часто родители занимают выжидательную позицию, предполагая, что сын или дочь сами поднимут вопрос об их участии в семейном деле, говоря: «Я бы хотел, чтобы мой ребёнок ко мне пришёл, но я не буду на него давить». В то же время представители второго поколения предпринимательских семей говорили, что хотели бы сохранить благосостояние своей семьи и поддержать бизнес родителей, но не представляют, как начать с родителями об этом разговаривать. В результате дети и родители взаимно ждут друг от друга первого шага.

Во многих семьях за рубежом этот вопрос решается через раннюю социализацию детей в бизнес родителей посредством летних курсов, участия в различных социальных проектах, на которые родители выделяют деньги, или когда родитель просто берет сына или дочь с собой в бизнес-поездки. В нашей молчаливой культуре, где зачастую не принято говорить о многих вещах, важных для развития отношений и сохранения устойчивости в семье, преемственность такого рода, к сожалению, прервана. Мне известны примеры, когда семьи приглашают на ужин профессионального модератора, чтобы семейный вечер прошёл не в молчании и гаджетах, а в разговорах между членами семьи.

В целом, все представители второго поколения, с которыми нам довелось работать, с уважением относятся к достижениям своих успешных родителей, хотя и находятся под давлением постоянного сравнения собственных успехов и достижений родителей. Они, как правило, понимают, что благосостояние семьи – это не только новые возможности, но ещё ответственность, а ответственность – это компромиссы. Основной вызов для этих умных, сознательных и рефлексивных ребят – найти тот самый компромисс (и договориться о нем!) между стремлением отстоять свою личную тракеторию и следовать по собственному пути и необходимостью нести ответственностью перед семьей, продолжать заложенные в семье традиции и обеспечить сохранение семейного благосостояния для последующих поколений.

Автор: Елена Яковлева, менеджер образовательных программ Центра управления благосостоянием и филантропии бизнес-школы СКОЛКОВО, руководитель образовательной Программы для преемников СКОЛКОВО

Настоящий материал подготовлен на основании отчетов Центра управления благосостоянием и филантропии СКОЛКОВО «Исследование владельцев капиталов России», 2015; «Семейные офисы в России: мифы и факты», 2016; «Результаты фокус-группы опроса второго поколения предпринимательских семей» (не опубликован), 2015; опыта автора по разработке, интервью с владельцами капиталов и членами их семей в процессе адмиссии, а также проведения Программы для преемников СКОЛКОВО, 2015, 2016.