Михаил Швыдкой: культурные зарисовки

Приглашенным экспертом одного из модулей программы СКОЛКОВО для Благотворительного фонда В. Потанина стал Михаил Швыдкой. Мы публикуем основные тезисы его выступления.

В ноябре 2015 года состоялся первый модуль образовательного курса «Стратегия создания и развития фондов целевого капитала», разработанного Московской школой управления СКОЛКОВО для программы «Целевые капиталы: стратегия роста» Благотворительного фонда В. Потанина. Перед участниками программы выступил Михаил Швыдкой, общественный и государственный деятель, специальный представитель Президента России по международному культурному сотрудничеству. Эксперт рассказал слушателям о концепциях культурного развития, ключевых проблемах современной культуры, а также о прошлом и будущем культурных институтов. Be in Trend публикует основные выдержки его выступления.

О культурных институтах на стыке эпох

1 января 1992 года мы проснулись в стране, где не было ни одного закона. Это был переломный момент, когда профсоюзы отказывались от всего – от библиотек, от домов культуры, от кинотеатров. Пришлось занять консервативную позицию – надо было попытаться уберечь то, что имеется, сохранить доставшиеся от Советского Союза учреждения, организации культуры.

Когда мы с моими коллегами пришли в Министерство культуры, в стране быстро, иногда с огрехами, создавали законодательную базу. Минкульт работал вместе с Комиссией Верховного Совета РФ над законодательной базой культуры. Основы законодательства культуры, как бы к ним сейчас ни относились, работают уже 25 лет и по сию пору отражают тенденции, существующие в культурном сообществе.

В то время мы декларировали отсутствие нормативной идеологии и эстетики в российской культуре. Думаю, это остаётся важным и сейчас. Патриотами и носителями культуры могут быть как консерваторы, так и либералы, любить свою родину и развивать ее культуру могут и авангардисты, и реалисты, и сюрреалисты. Ты можешь быть кем угодно, и это вовсе не означает твоего неравенства перед государством, перед институциями, которые спонсируют культуру. В свое время китайский политик и реформатор Дэн Сяопин говорил: «Пусть расцветают 100 цветов». Я считаю, что не надо быть радикалами, надо поддерживать всё.

О традиционных ценностях

Существуют две основные концепции культурного развития: консервативная и инновационная, которая абсолютизирует тренд развития. Есть и третья концепция, которая предполагает соединение консервативной и инновационной концепций в некоем новом пространстве. Мы сейчас совершенно очевидно действуем в консервативной парадигме. Я читал проект, который касается стратегии развития культурной политики в РФ, подготовленный институтом им. Д.С.Лихачева. Он написан как некая идеологическая мантра, где главная задача – сохранение и консервирование традиционных ценностей, которые скрепляют общество, таких как солидарность, общинность и т.д. Предполагается, что эти традиционные ценности пронизывают всю историю России.

Я довольно часто говорил о том, что использование термина «традиционные ценности» для российской истории является даже не абстрактным, не противоречивым, но практически бессмысленным занятием. Если вы посмотрите результаты социологических опросов, с разных позиций рассматривающих общественные процессы, то увидите, что не менее 50% людей считают, что Сталин был, скорее, позитивной фигурой в российской истории, нежели негативной. При этом приблизительно такой же процент населения или даже чуть больше считает, что ценности православия являются фундаментальными и традиционными для нашего общества. Поскольку Сталин и православие, – понятия несовместимые, мы можем понять, в чем проблема.

Когда мы говорим: «Давайте создадим некую консервативную модель и будем говорить о традиционных ценностях», выясняется, что традиционные ценности очень многообразны. Говоря о советских ценностях, мы имеем в виду одни ценности, православные  ценности — это другие ценности. Если мы говорим о стране эпохи Александра II, — это один тренд исторического развития, если говорим о стране Александра III, то он уже другой.

О творчестве и ВВП

Я приведу 4 цифры, которые являются яркой иллюстрацией того, в чем состоит одна из серьезнейших проблем экономического развития.

Сегодня высокие технологии дают России 1,68% ВВП. В Казахстане эта цифра равна 1,27% ВВП, в Белоруссии – 0,7% ВВП. Если сравнить это с показателями стран, где к высоким технологиям относятся серьезно (США, Германия и другие), то там эта цифра, как правило, достигает 60%.

По существу, наш бюджет наполовину связан с той рентой, которую дают энергоресурсы, за счет недр мы получаем большую часть ВВП. И это колоссальная проблема. Если мы не диверсифицируем экономику, то перспективы не очень радужные – можно сказать, что вместо углеводородов мы будем жить на ренту, например, от пресной воды. Совершенно ясно, что через 30-50 лет углеводороды будут играть совершенно другую роль, чем они играют сегодня, будет диверсифицироваться энергетика.

Я считаю, что, прежде, чем говорить о культуре, нужно говорить об этих вещах. Культура крайне важна для того, чтобы формировать созидательный потенциал в обществе, развивать у людей творческое мышление. Сейчас просто необходимы творческие люди, которые будут заниматься развитием ВВП.

Об инвестициях в будущее

Если наше общество хочет иметь развитую экономику и серьезную науку, нам нужно начать вкладывать деньги в культуру и образование. Никакое образование невозможно без серьёзной художественной составляющей. Сегодня, например, в начальной и средней школе детей не учат размышлять, фантазировать, создавать, у них развивают шаблонное мышление. А я часто вспоминаю запись из дневника А.П.Чехова, когда преподаватель математики поставил ему «5» и написал: «Ответ неверный, но ход размышления правильный». А сейчас засчитывается только верный ответ. Все пытаются угадать ответ, в то время как на самом деле важен ход размышления. Чтобы развивать в детях способность к анализу, сложному мышлению, необходимо вкладываться в культуру. Надо, чтобы дети ходили в театр, слушали музыку, посещали музеи.

Государство должно понять, что решение состоит не в том, чтобы просто инвестировать, скажем, в Гергиева, а в том, чтобы сделать так, чтобы к нему ходили все петербургские школьники и слушали его музыку. Сейчас мы неправильно формируем бюджет. Это как раз тот вопрос, который я не сумел решить, пока работал в сфере культуры — мы формируем бюджет для профессионалов, а надо формировать бюджет культуры для граждан, причем всех возрастов.

О проблемах современной культуры

Просто сказать: вот это искусство, а это не искусство. Но весь фокус в том, кто судит. Колоссальная проблема современной художественной жизни – проблема критики, точнее, полное отсутствие авторитетной критики, которой верят. В нашей стране критиком очень часто выступает либо начальник управления культуры, либо, что еще хуже, вице-губернатор или сам губернатор. Как управленцы, они все прекрасны, а как художественные критики, — усомнюсь.

Другая проблема – проблема  среды. На мой взгляд, цель культурной политики – это как раз создание той среды, в которой произрастает и рождается что-то абсолютно новое.

Одна из самых острых проблем также – это проблема публики, качества сегодняшнего зрителя. Не могу в этой связи не согласиться со словами Пушкина: «Публика образует драматические таланты». Это видно на примере современной музыки: существует стена между массовой аудиторией и самой музыкой. С визуальными формами проще – уже создана некая среда и аудитория, которая может адекватно воспринимать данный вид искусства. А современной музыки совсем нет, люди не слышат и не хотят слышать.

Показателен сегодня и книжный рынок. Тиражи там вполне отражают реальность: возьмите тиражи Хармса и, например, тиражи Устиновой, и вы убедитесь, что это, как говорили в Одессе, две большие разницы.

Хотя, надо признать, что так всегда было, есть, и будет. Люди будут читать, в лучшем случае, Уэльбека, в худшем – детективные романы, женские романы и смотреть сериалы. Они будут слушать Моцарта, но не будут слушать Шёнберга. Что бы мы ни старались делать, ситуация будет именно такой.

О будущем культурных институций

В конце 2014 года были приняты Основы концепции культурного развития в России. Этот документ утвержден Президентом. На протяжении всего года были попытки сформулировать то, что называется Стратегией развития культурной политики. И Концепция, и Стратегия, которая является в большей степени инструментальным документом, в высшей степени будут влиять на то, что будет происходить в сфере культуры. Сейчас параллельно начинается работа над Стратегией развития России до 2030 года. Этот документ должен затрагивать все сферы экономической деятельности страны. Делать его, видимо, будет группа под руководством ученого-экономиста Александра Аузана, декана экономического факультета МГУ. Естественно, эти документы должны быть сопряжены друг с другом, они должны отражать актуальные потребности, которые существуют у современного российского общества и государства.

Ключевой момент для меня состоит в следующем: сегодняшние и будущие культурные институции, будь то государственные институты или благотворительные фонды, должны максимально использовать любые диалоговые формы. Любой семинар лучше и полезнее лекции. Без диалога ни одно учреждение культуры сегодня существовать не может. Люди перестали разговаривать в семье, в школе. Мало привести ребенка в музей и прочесть ему лекцию, с ним надо поговорить! Нам необходима школа, которая приобщает к творчеству, и среда, которая учит общаться. Нужно вырабатывать сложный подход к осмыслению сложных вещей, а сегодня все живут по принципу упрощения.

Как раньше чинили машины? В гараже стояли пять мужиков, они курили, думали, как разобрать и продуть карбюратор, потом его чинили. Сегодня ты приезжаешь в сервис, один блок вытаскивают, другой вставляют, и — до свидания. В технике, наверное, это хорошо, а в жизни надо, чтобы эти 5 мужиков стояли, курили и думали о том, как устроен автомобиль.

Вот этим мы и должны заниматься.