Анатолий Чубайс: «Создание инноваций – это только частный бизнес»

В рамках первой встречи Speakers Nights в 2014 году, которая прошла на кампусе СКОЛКОВО, председатель правления РОСНАНО Анатолий Чубайс рассказал о подходах к  управлению инновациями в России и мире.

Возможны ли инновации в России?

«Величайший советский инновационный проект – без сомнения, атомная бомба. И, конечно, космос. Эти два проекта – глобальные, геополитические, платформенные – то, перед чем точно можно шляпу снять. Но как только мы доберёмся до научно-технического прогресса в потребительской сфере, то есть туда, где спрос предъявляет население, картинка будет неприглядная. Такой был анекдот советский: «что такое: летит, жужжит, а в зад не попадает? – Это советский бесшумный летающий аппарат для попадания в зад». Я считаю, что это фундаментальное свойство экономики советского типа. Она способна создавать инновации, которые заказаны государством. Отсюда оборона, космос. А когда нужно создать автомобиль, получаются «Жигули».

В 1990-е годы, очевидно, что ни о каком научно-техническом прогрессе речи быть не могло. Была задача избежать гражданской войны и была задача про строительство рыночной экономики. Эти задачи страна решала в девяностые годы. Утверждаю: она их решила!

Дальше 2000-е. Как мы знаем, в стране произошёл уникальный экономический рост. И то самое удвоение ВВП, про которое все уже забыли, оно случилось. Глубокая девальвация 1998 года привела к многократному увеличению привлекательности импорта. Благодаря этому расцвели наши нефтяной и газовый, сектора, цветная и черная металлургия, которые потянули всю экономику. Этот рост продолжался десять лет, пока не грянул 2008 год. По сути дела, вот только к концу 2013 года Россия вышла на уровень 2007-го. Очень глубоким было у нас падение.

Мало того, с этим наши проблемы не кончились. Мы ещё, как известно, вступили в полосу низкого роста. За 2013 год объём добычи нефти в стране вырос на 1%, объём добычи газа на 2%, и лучше не будет. Это означает, что этого драйвера, который тащил нас вперед десять лет, больше нет. Может ли быть другой? Да, может. И я глубоко убеждён, что этим другим драйвером является инновационная экономика.

Как мир решал задачку с построением такой экономики? Надо прямо сказать, что феномен, который называется «страновая инновационная модель», появился в мире не так давно. Американцы с Силиконовой долиной были пораньше. Но в конце 1980-х-начале 1990-х эту же задачку решили Тайвань, Израиль, Южная Корея, Сингапур, Финляндия. Поверьте, в начале 1990-х годов Израиль был отсталой аграрной страной с импортируемым вооружением. Сегодня Израиль – один из технологических лидеров в мире.

В 1991 году в Финляндии безработица была 20%. Компания «Nokia» занималась производством кабелей и шин. Их глава Йорма Оллила мне рассказывал историю, как он  пришёл и сказал акционерам: «Дорогие друзья, мы с шинами должны заканчивать, и производить нужно мобильные телефоны» – «Чего?!» – «Мобильные телефоны». 1991 год. Мобильный телефон был весом килограммов пять. На что Оллила говорит: «А у меня есть оценки аналитиков, которые говорят, что к 2000 году в мире количество подключений к Интернету мобильных телефонов перевалит за сто миллионов». Я уж не знаю, каким образом он ухитрился убедить акционеров, но это произошло. Тогда же под руководством премьера Эско Ахо была проведена крупномасштабная реформа, заточенная на создание инновационной экономики.  За двадцать лет там построена страновая инновационная модель.

Это означает, что инновационная экономика – не бином Ньютона или, как говорят в Силиконовой долине, не rocket science. Я на сегодня не вижу ни одной фундаментальной причины, которая делала бы эту задачу невозможной в нашей стране. Глубоко убеждён в том, что эта задача разрешима здесь так же, как она была решена в Израиле, на Тайване, в Сингапуре и в ряде других стран. Вполне можно с ней справиться. Просто нужно понимать, что это одна из важнейших, если не ключевых, задач для страны в целом.

Чем инновации отличаются от обычного бизнеса?

В обычном предпринимательстве нужны всегда деньги и грамотный менеджмент. Если замахиваешься на технологическое предпринимательство, то тебе нужен третий элемент – новый продукт или новая технология.

Чем ещё отличается одно от другого? В традиционном предпринимательстве главный закон – этот эффективность. Расходы сокращать, наращивать доходы – это сердцевина любого бизнеса. А в инновационном предпринимательстве – нет. Я как-то видел, как на одном из Давосских форумов кто-то напал на Microsoft. Там не Билл Гейтс, а Балмер был тогда. Его обвинили в том, что Microsoft приняла программу снижения издержек. Он пытался отбиваться: ну а как же, это же вроде надо. Надо, но если вы издержками занимаетесь, это означает, что для вас вывод нового продукта на рынок уже менее приоритетен. Это означает, что вы уже не инновационный бизнес.

В инновационном бизнесе доход – не главная мотивация. Ну, вот был бы жив Стив Джобс, и мы бы у него спросили: «Для тебя что главное? На какой строчке в списке «Форбс» ты окажешься?» Думаю, что он бы сказал – нет. Думаю, что он бы сказал – продукт. Факт создания продукта, олицетворение себя с продуктом: «Это сделал я!» Кстати говоря, это совершенно не мешает получению дохода в случае с тем же самым Стивом Джобсом, как мы знаем.

Нас всех учили, что в экономике спрос рождает предложение. А в инновационной экономике сплошь и рядом всё наоборот: предложение рождает спрос. Я смотрю на свою внучку, которая в IPad листает журнал, увидела какую-то картинку и начинает её укрупнять. Это означает, что Джобс попал в какую-то глубинную естественную потребность, которая есть у каждого из нас. Мы про это не знали. Он про это знал. Он сказал: «Значит так, ребята, я продукт сделаю, а каждый из вас полезет в карман, достанет последние деньги и купит. Точка, до свидания». Так и произошло.

Где искать инновации?

А что, собственно говоря, мы собираемся производить в этом самом инновационном секторе? What is a next big thing? – это самая любимая тема дискуссии в Долине. Ответ на этот вопрос не знает никто, естественно. В потенциальных вариантах – самые разные вещи, начиная с источников энергии. Литий-ионные батареи на сегодня, как мне кажется, дают гигантский прорыв по десяткам отраслей. Еще одна задача – промышленное хранение электроэнергии. Что еще? Гибридные материалы, адресная доставка лекарств.

Прямого ответа у меня нет, но я хочу предложить подход к поиску этого ответа. Если мы построим графики добычи нефти, производства металлов, потребления энергии, выработки углекислого газа, роста численности населения и продолжительности жизни, начиная с начала ХХ века до сегодняшнего дня, а потом наложим их друг на друга, они почти идеально совпадут. И станет ясно, что с середины ХХ века рост идет в геометрической прогрессии. Куда ведет нас этот тренд? Вверх – невозможно просто с точки зрения глобальной системы, которая называется земной шар. Вниз – полный крах, когда переломятся все тренды, когда численность населения начнет убывать, когда вместо роста уровня жизни пойдёт снижение, – тоже не хотелось бы. Такая история без мировых войн не обходится. Но если первое невозможно, а второе не нравится, остаётся только какая-то попытка сбалансированного устойчивого развития. Я абсолютно убеждён в том, чтобы для такой истории необходимы новые материалы, новые источники энергии, новое здравоохранение. Нам нужен материал, который заместит тонколистовую сталь, сохраняя прочностные характеристики, но имея существенно меньший вес. Если вы присмотритесь к тому, что делают крупнейшие автомобильные компании – они закупают, либо строят заводы по производству углеволокна. И, следовательно, нанокомпозитные материалы, в частности углепластик, судя по всему, вполне может стать материальной основой для следующих моделей. Не только для спорткара «Формулы-1», но и для автомобиля массового потребления. С моей точки зрения, next bid thing где-то вот здесь находится.

И последнее, осталось понять, какая роль в инновационной экономики у бизнеса и государства. Совершенно ясно, что эти «инь» и «ян» – они взаимосвязаны и в то же время очевидно разные. Государство может только создать условия и ничего другого. Это очень важный инструмент, но надо понимать, что он может, а чего он не может. Так вот создание инноваций – это только частный бизнес.

Мне кажется, что действия государства в этой сфере разумны и правильны. Но, несмотря на рост нашей наноиндустрии, пока что не произошло самого главного. Российский частный бизнес не развернулся в сторону инновационной экономики. Я не говорю про сто компании, которые вложили деньги в стартапы. Я говорю вообще про частный бизнес в России, который больше половины ВВП производит сегодня. Для него инновации – это что-то такое искусственное и надуманное. Как только этот поворот произойдет, если он произойдет, поворот к инновационной экономике станет необратимым».

Видео встречи: